Дневник русского социолога (zadumov) wrote in russianinterest,
Дневник русского социолога
zadumov
russianinterest

699.Интервью с А.Донецким на ПЛН - 18.05.2016 - 1

Оригинал взят у mikhailove в 699.Интервью с А.Донецким на ПЛН - 18.05.2016 - 1
Александр Донецкий сделал со мной большое интервью, получилось на мой взгляд немного сумбурно, что, впрочем, нормально для живой беседы: Евгений Михайлов: Я в регионе - персона нон грата

Экс-губернатор Псковской области о предстоящих выборах, ситуации в Донбассе и личной жизни

Те, кому сейчас лет 18, вряд ли знают, кто такой Евгений Михайлов. Зато все, кому к сорока (не говоря уже о тех, кто старше), помнят его хорошо. Все-таки два губернаторских срока, с 1996-го по 2004-й годы, он проработал в должности главы региона. За время своей политической карьеры Евгений Михайлов несколько раз менял партии и избирательные блоки: от КПСС до «Демократической России» (
Вообще-то, эта Демроссия не была партией, это был избирательный блок - Е.М.), от ЛДПР до нынешней «партии власти». С апреля этого года он представляет реанимированную и обновленную «Родину». Пару лет назад большой неожиданностью для псковичей стало участие экс-губернатора в событиях в Донбассе, где он сначала работал советником, а затем вошел в правительство мятежной ДНР. В этом году сюрпризом для потенциальных избирателей стало известие о том, что Евгений Михайлов намерен баллотироваться в Государственную Думу по одномандатному округу в Псковской области. Местные СМИ откликнулись известным журналистским штампом «Иногда они возвращаются», тогда как политические обозреватели всерьез задумались о том, как изменятся предвыборные расклады накануне «Часа Икс». Псковская Лента Новостей представляет интервью Александра Донецкого с экс-губернатором Псковской области, бывшим депутатом Госдумы Евгением Михайловым, планирующим при поддержке партии «Родина» вернуться в российский парламент.

«Эти выборы я могу выиграть. При этом не питаю особых иллюзий»

- Евгений Эдуардович, вопрос, который наверняка вам будут задавать на встречах с избирателями: почти 12 лет вы отсутствовали в Псковской области после обидного поражения на губернаторских выборах 2004-года. А тут вдруг решили, фигурально выражаясь, войти в реку региональной политики во второй раз. Насколько все это с вашей стороны серьезно? Ведь бывает так, что люди участвуют в избирательных кампаниях не с целью победить, а решая какие-то другие задачи — заявить о себе, пропиариться, начать политическую карьеру. Они понимают, что шансы не велики, но участвуют. Не могли бы вы раскрыть свои карты. Я понимаю, что такая постановка вопроса по отношению к политику, вступившему в предвыборную борьбу, несколько наивна. И все-таки?

-
Все, по-моему, в данном случае очевидно. У меня ведь был свой сайт. Кто еще, кроме меня, столь внимательно следил за ситуацией в области? И не просто следил, а пытался влиять на ситуацию. Можно почитать сайт, там сотни публикаций. И они из года в год, из месяца в месяц, отражали жизнь области. Вы видели вообще «Политпсковъ»?

- Да я даже рецензию написал на книжку, выпущенную по материалам сайта!

-
А, точно! (Не только рецензия была, но я и ответил на неё на ППЪ - Е.М.)

- Но сайт был очень активен поначалу, а потом, когда на губернаторство пришел Турчак, несколько затух.

- Да, был активен первые пять лет, при Кузнецове. Затух по определенным причинам. Все-таки я основной автор. С Кузнецовым у нас были конкретные разногласия, была политическая история, мы были оппонентами и довольно жестко воевали, поэтому я и высказывался достаточно открыто, без особой стеснительности.

- По поводу Кузнецова?

-
Не лично, а по поводу его политики. Хотя и у Кузнецова случались правильные решения, в основном мне его политика в регионе не нравилась. И я об этом прямо писал. Когда пришел Турчак, у меня не было с ним никакой войны. У меня не было повода его критиковать. Особенно поначалу, все-таки человек набирается опыта. Но время от времени и о политике Турчака я тоже писал. При желании все это можно увидеть на сайте. Были и о Турчаке публикации, и не всегда благожелательные. Например, в ряде историй я поддержал постоянного оппонента власти — Шлосберга. Вторая причина, по которой я стал меньше писать — все-таки время идет, жизнь меняется. Я потихоньку стал заниматься другими делами, не регионом, и, конечно, мои оценки стали менее актуальны (имелось ввиду то, что за 12 лет ситуация менялась и, конечно, часть моих знаний устаревала - Е.М.). Кончилось тем, что я на Украину поехал. А там уж точно — было не до сайта. Но все равно я в политической жизни региона присутствовал.

- А вы считаете, что наличие сайта - это уже участие в политической жизни?

-
Да, потому что сайт, быть может, и не влияет на основную массу населения, но на политически активные группы публикации на сайте «Политпсковъ» влияют. И прямо, на тех, кто читает, и косвенно. Те, кто читает, делятся информацией с остальными. Возможно это влияние и не очень сильное, но оно было. Самое главное — был контакт с жизнью области. Кроме того, я сюда достаточно регулярно приезжал, выступал на «Телекоме», пока телеканал работал. Выступал в каких-то других СМИ. Так что я бы не сказал, что я был оторван от региона. Что касается нынешних выборов, то они для меня седьмые по счету. Во всех выборах я боролся за победу. Это можно увидеть по результатам. Во всех кампаниях я либо выигрывал, либо почти выигрывал. Поэтому сейчас я считаю, что есть определенные шансы. Эти выборы я могу выиграть. При этом я не питаю особых иллюзий.

- Почему?

-
Потому что все мы знаем, что в одномандатных округах оппозиция редко побеждает.

- А вы идете именно как одномандатник, а не по списку партии «Родина»?

-
Список партии «Родина» пока что — ни о чем. Неизвестно, наберет партия 5% или нет. Вполне может быть так, что и не наберет. Поэтому рассчитывать на список - опрометчиво. «Родина» - это не КПРФ, у которой всегда есть свой устойчивый процент электората. Все системные партии имеют свой сложившийся процент. В системных партиях участие в списках позволяет просчитать вероятность попадания в Думу. У «Родины» же все зависит от того, как она проведет избирательную кампанию. Базовые позиции достаточны для того, чтобы набрать 5%. Но при этом можно ведь эти позиции и не реализовать. К тому же и Кремль не особо приветствует появление еще одной партии. Зачем им она? У них на этом фланге уже есть ЛДПР и «Справедливая Россия».

«Ни одна политическая партия в стране всерьез за власть не борется»

- А как вы вообще пришли в нынешнюю «Родину»? Вы же, как известно, были сторонником партии «Единая Россия». А тут вдруг раз — и «Родина»!

-
Я все эти годы вообще не занимался политикой. В плане большой политики. Для того, чтобы ответить на этот вопрос, нужно ясно представлять себе нашу политическую систему, ее устройство. На мой взгляд, вся наша система делится на большую политику и региональную. Большая политика — это борьба за власть в стране. Так вот, эта борьба сегодня невозможна. Ни одна политическая партия в стране всерьез за власть не борется. Коммунисты они в лучшем случае имитируют борьбу за власть, реально — никакой борьбы нет. Все это связано с определенным комплексом причин, но так оно и есть. Когда я все это 12 лет назад понял, то решил, что нужно воздерживаться от политической деятельности, и в той же «Единой России» я фактически ничего не делал, а только числился. И сейчас в плане большой политики я не связываю судьбу с какой-то политической партией.

- Вы в принципе говорите о разделении на публичную политику и закрытую, теневую?

-
Тут какая ни будь, все равно ничего не получится. Заниматься реальной борьбой за власть — невозможно. Извне в Кремль не войдешь. Ни через выборы, ни какими-то другими способами. Да, они могут в Кремле принять решение, чтобы, допустим, коммунисты пришли к власти. Но сами по себе коммунисты пробиться к власти не могут. А главное, не хотят. И не будут этого делать. Пока кто-то не даст им карт-бланш. Вот у нас Ельцин был президентом. Потом пришел Путин. Значит, кто-то где-то сказал: «Давайте поменяем Ельцина на Путина». Так, чтобы сам Путин решил: «Хочу стать президентом! Давайте бороться», - такого не было и в ближайшее время не ожидается. Поэтому я не вступил в «Родину» и не планирую в какие-то партии вступать. Если вступать, нужно ставить большие цели. А так сейчас их ставить сложно, я пока воздержусь. С другой стороны, на уровне региона вполне можно заниматься реальной политикой. Я и занимался, будучи губернатором. Имел свою точку зрения и проводил свою политику. Хорошая или плохая, но она была моя. Также можно оказывать влияние на Кремль, на общую ситуацию в стране.

- А как это — влиять?

-
Да просто: предлагать какие-то решения, критиковать. Люди смотрят. Если они считают, что ты действуешь в правильном направлении, они это учитывают. Есть шанс, что твое мнение примут. Это и есть влияние. Это вполне нормально; кроме того, крайне необходимо. Потому что дела в стране идут далеко не блестяще. Много делается, на мой взгляд, ненужных, а то и прямо вредных вещей. С этим нужно бороться, а вещи, которые мы считаем правильными, надо поддерживать.

- Каков механизм вашего вхождения в псковскую «Родину»? В свое время было создано местное отделение. Вы просто-напросто знаете этих людей лично? Как это связано с фигурой опального Михаила Гавунаса? Я так понимаю, что, хотя Гавунас сейчас за границей, он все равно курирует псковское отделение «Родины»?

-
Ни первое, ни второе.

- Кто же принимает решение? Лидер партии Журавлев?

-
Естественно. Московское руководство «Родины». Я хорошо знал Журавлева. Мы с ним сотрудничали по Донецку. Через Журавлева я поехал на Донбасс. Благодаря его связям. Журавлев вообще был единственным из 450 депутатов Госдумы, который летом 2014 года рискнул поехать в Донецк. Он съездил, провел там несколько дней. С риском для себя. Другие-то не рискнули. Ни КПРФ, ни ЛДПР, ни «Справедливая Россия».

- Так было опасно?

-
Они не рискнули не только в плане личной безопасности, и и в политическом плане. Они не знали, одобрят их действия в Кремле или нет. Это хороший показатель нашей системы. Может, люди и хотели поехать, но боятся: «А что скажет начальство?». А вот Журавлев взял и поехал. Это вызывает симпатию. Поэтому, когда с «Единой Россией» у меня ничего не вышло, то «Родина» показалась мне наиболее приемлемым вариантом. Технически, так сказать, это было просто. Я встретился с Журавлевым, и мы договорились.

- Вы договорились с Журавлевым тет-а-тет, а он уже спустил установку в регион?

-
Да, но решение-то все равно будет принимать съезд, который состоится после объявления выборов.

- А как вы оцениваете довольно непростую ситуацию на месте? Тот факт, что председатель партии Константин Вилков проходит по уголовному делу? При этом он утверждал, что полностью контролировал ситуацию в партии.

-
Действительно, ситуация неприятная. У меня есть своя позиция. Я пару раз встречался с Вилковым. Есть московские кураторы, у которых тоже есть свое мнение.

- Вы как считаете, история с Вилковым в целом компрометирует местное отделение «Родины»?

-
На ситуацию нужно смотреть с двух сторон. Первая сторона — юридическая. Есть суд, который должен досконально во всем разобраться. Суд вынесет какое-то решение. Вторая сторона — политический аспект. Пока идет суд, это уже само по себе наносит урон репутации. Это всем ясно. Люди обычно не вникают в детали, они просто слышат, что против Вилкова выдвинуты обвинения. В целом для избирательной кампании партии эта история, конечно, идет «в минус». Это внутреннее дело партии, и мне не с руки его комментировать. Другое дело, что оно затрагивает и мои интересы.

- Бросает тень, что называется?

-
Да. Но второй момент: что будет, когда суд закончится? Там, опять-таки, возможно два варианта. Полное оправдание, и тогда минуса уже не будет, а будет плюс. Хотя и не очень большой. Потому что массив негативной информации может перебить позитив. Второй момент: плохое для Вилкова решение суда. Это само собой усугубит ситуацию.

Михаил Гавунас не имеет никакого отношения к моему решению пойти в «Родину»

- О фигуре Гавунаса. Вы утверждаете, что он тоже не при чем?

-
Он не имеет никакого отношения к моему решению пойти в «Родину». А так — есть два больших предприятия: керам-комбинат и «Империал». Там работает больше двух тысяч людей. Ну, пусть мне кто-нибудь из областных политиков скажет, что его не интересует мнение этих двух тысяч. И их интересует. И меня интересует. И если коллективы меня поддержат, это очень хорошо. Разные ведь формы поддержки существуют: слово хорошее сказать, плакат повесить.

- На данный момент мы видим, что ваши плакаты висят.

-
Хорошо. Пусть висят.

- А сам Михаил Савельевич какое-то личное участие в этой истории принимает? Вы вели с ним переговоры?

-
Мы давно знакомы. Понятно, что он все знает о моих намерениях и нормально к этому относится. Иначе бы плакаты не висели. Ну а все остальное — по ходу дела.

- Я имею в виду вопросы финансирования.

-
Если мы говорим о выборах, то выборы еще не начались.

- Но какие-то предварительные договоренности о финансировании кампании были?

-
Кто же вам об этом расскажет?

- А что, это секрет? Почему нельзя рассказать?

-
Ну, спросите у других партий про источники их финансирования. Потом я посмотрю — прочитаю. И, соответственно, выскажусь в том же формате. Будет избирательный фонд, который формируется по закону. Те, кому можно вносить деньги в этот фонд, я надеюсь, их внесут. Те, кому нельзя, - нет. Вот и все. То есть ситуация такая. Будут объявлены выборы. Если меня выдвинет партия «Родина», я зарегистрируюсь кандидатом, и одновременно открывается счет, и по определенным правилам формируется фонд. Пока же выборы не начались.

- Пока не начались, но вы целыми днями выборами уже занимаетесь? Работы хватает?

-
Конечно. Надо ведь все продумать. После 12 лет выйти к народу с какой-то программой: зачем я пришел? Что я предлагаю? Почему народ вообще должен за меня голосовать? С какой стати? Чтобы ответить на все эти вопросы, нужно крепко подумать. Какие я аргументы могу привести в свою пользу? Чтобы люди за меня проголосовали. Это — не такая простая задача.

- Это ведь не значит, что вы круглые сутки сидите и думаете?

-
В основном, этим и занимаемся. Я понимаю, что для многих это не привычное занятие. Зачем думать, когда прыгать надо? (Смеется). Но мы предпочитаем — сначала подумать. Хотя понятно, что есть и встречи с авторитетными, уважаемыми людьми. Есть много всякой текучки. Надо ведь и юридическую часть готовить. С той же партией заниматься. Сейчас ведь все так усложнили! Только необходимых документов — целый пакет. Тут ведь еще одна сложность для меня. Кроме того, чтобы идти в Госдуму, у меня появилась партийная нагрузка. Я возглавлю список «Родины» в Псковское областное Собрание. А там одних кандидатов нужно несколько десятков. 22 округа, плюс три человека в список. Это, опять же, надо со всеми договориться, определиться, согласовать. Целая история! Особо отдыхать некогда.

- То есть если вас не выберут депутатом Госдумы, вы согласны поработать и в Псковское областное Собрание? Психологически это нормально? Когда-то были губернатором, а теперь претендуете лишь в депутаты местного заксобрания?

-
Нормально. Скажем так, это вполне возможный вариант. Что получится в реальности — поживем, увидим. У нас есть уверенность, что как минимум уж 5% на выборах в областное Собрание мы наберем. Я думаю, даже больше наберем. И фракцию «Родины» сформируем. Единственная сложность в том, что тут в Пскове не все довольны, что появилась вот такая «Родина».

- Это почему? Кто не доволен?

-
Ну как? Здесь ведь в последние годы все происходило в автоматическом режиме. Никаких особых интриг и борьбы не было. Я имею в виду в плане выборов. И, разумеется, сейчас мы ломаем все сценарии. Как для власти, так и для других партий. Конечно, что ж они будут радоваться-то? Кому понравится сильный конкурент? Я-то уверен, что мы выступим достаточно сильно. По крайней мере, пропагандистски мы выступим мощно.

- Вы хотите сказать, для областной власти вы — фактор раздражения?

-
Я для них — персона нон грата, нежелательное лицо в регионе. Естественно, на выборах. С губернатором Турчаком у меня в целом — нормальные отношения. Но сейчас-то мы уже конкуренты! Зачем ему такие проблемы? На мой взгляд, областная власть не в восторге от всей этой истории.

- А разве выборы на личные отношения не влияют?

-
У меня не влияют.

- Но обычно желание баллотироваться портит отношения.

-
Ну, это у незрелых политиков.

- А вы полагаете, что Турчак — уже зрелый политик?

-
Ну, извините, а сколько он лет уже тут сидит? Он уже прошел определенные испытания. Зрелости явно прибавилось.

«Кому нужна политическая турбулентность? Она и так в стране нарастает»

- И все-таки. Раз вы теперь с «Родиной», значит контакта с местной властью у вас не получилось? Контакта, на который вы так или иначе надеялись.

-
Да, но там был вариант идти от «Единой России». Я до 31 марта состоял в «ЕР», и этот вариант я им предложил.

- Лично вы питали такую надежду?

-
Да, питал такую надежду. (Смеется). Но выяснилось, что места заняты. Поэтому, раз с «Единой Россией» не вышло, я автоматически превращаюсь в конкурента. А власти это не нужно. Я могу поставить себя на их место. С их точки зрения, мое появление в регионе ломает им весь предвыборный сценарий. Зачем им это надо? Они привыкли к спокойной жизни. Когда на выборах все предрешено. И все сидят на своих жердочках. А тут вдруг начинается некая непредсказуемость. Скажем прямо: непредсказуемость и для меня тоже. Кому нужна политическая турбулентность? Она и так в стране нарастает. А тут еще, получается, вдруг для кучи добавляется и местная политическая турбулентность. Поэтому, я думаю, они не хотели, чтобы я участвовал в выборах.

- Они вас отговаривали?

-
Да нет. Чего они должны меня отговаривать?

- Ну, могли бы поторговаться, что-то предложить, «должностишку» какую-нибудь кинуть?

-
Ну, может быть, да. Но они, видимо, решили, что выборы в Госдуму мне не выиграть, а про выборы в Собрание они торговаться не хотят. У них есть свои возможности как-то повлиять на процесс выборов. А если уж дело далеко зайдет, у них еще есть время.

- Вы хотите сказать, что вас ждет жесткая борьба с «Единой Россией»? Хотя дело не только в борьбе, власть ведь может и административный ресурс подключить.

-
Да, но что это им даст? Жесткая борьба будет только потому, что власть намерена достичь каких-то целей, которые перед ней поставят из Москвы. Основной кандидат от власти — Козловский, я хорошо знаю его отца и его пиарщиков, и знаю их стиль работы. По-другому они не умеют. Но у них кроме меня есть и другие политические враги. А так-то в свое время с тем же Николаем Козловским у меня были неплохие отношения. Повторюсь, им придется бороться не только со мной, но и с коммунистами, и со Шлосбергом, который уже сейчас довольно резко обозначил всю ситуацию.

- Взял «быка за рога», как вы написали в своем блоге.

-
Да, выступил с очень резкими обвинениями... А вообще я сторонник того, чтобы в тяжелой, жесткой борьбе люди все-таки сохраняли нормальные отношения. Потому что жизнь не заканчивается 18 сентября 2016. И проигрыш в этой борьбе не означает конца света. Политик связывает с победой какие-то свои ожидания, но жизнь более многообразна. И надо всегда держать себя в руках, не опускаясь до оскорблений. У нас вообще слишком много хамства в жизни. Надо с этим бороться. И начинать с себя. (Этот пассаж не касался Шлосбрега, просто там была ещё часть разговора, не попавшая в публикацию - Е.М.) Лично я, к примеру, очень удивился тому, что Шлосберг начал такую резкую кампанию против Козловского.

- Я тоже удивился. «Наезд» выглядит как-то не слишком мотивировано.

-
Нет, я понимаю мотивацию Шлосберга. В Великих Луках действительно сложилась несколько гнетущая атмосфера. Группа, которая командует, - командует очень плотно, не то что раньше. Раньше там было много разных фигур. Сейчас все притихли. Если вдруг кто-то выступит, типа Матвеева, к нему тут же применяются суровые меры. Искали копытообрезочную машину, - нанесли ущерб на 20 миллионов. Матвееву ведь, с его слов, остановили предприятие. Естественно, при такой информации, которая сразу расходится по городу, люди живут в определенном напряжении. Да и в целом в стране кризис. Одно, второе, люди чувствуют, что они беднеют, а высказаться им не дают. И тут вдруг появляется Шлосберг, который ярко выступает, распространяет по Великим Лукам свою бесплатную газету огромным тиражом с резкими нападками на действующую власть. Конечно, он тем бросает вызов и обращает на себя большое внимание избирателей. Это политический прием. На выборах такой прием часто используется. Когда человек с места в карьер бросает вызов власти, все об этом знают, и все ждут, как будет теперь реагировать оппонент.

- Региональная «партия власти», судя по всему, однозначно сделала ставку на Александра Козловского?

-
Да, а иначе его не было бы на телеэкране, в других СМИ. По-моему, он уже затмил собой губернатора. Не понятно, чем занимался Турчак все это время. Что вот приходится буквально с нуля человеку работу начинать. (Смеется). У меня ведь уже была такая же история с Кузнецовым, когда все хорошее, что делала тогда власть, мы приписали депутату Госдумы Кузнецову.

- Где-то начиная с 1998 года.

-
Да, мы большую работу тогда провели. И он нам, естественно, помогал как депутат. Но пришлось и все свои дела Кузнецову приписать. (Для того, чтобы провести Кузнецова в депутаты Госдумы - Е.М.) И это потом областной власти и лично мне дорого обошлось. Это — другая история, но внешне похожая.

«Лицо не угрюмое - просто время суровое»

- Люди, которые работали вместе с вами, когда вы были губернатором, будут вам помогать на нынешних выборах? Какая-то команда сохранилась?

-
Естественно, определенный кадровый ресурс остался. Есть люди, мои сторонники, которые мне помогали и будут помогать. Просто надо понимать, что некоторые люди на службе, и они не могут вмешиваться в политику, даже если бы захотели. И я не хочу ставить в неудобное положение людей.

- Из всего выше сказанного я делаю вывод, что вы намерены сделать очень яркую кампанию. Что называется, намерены «бабахнуть»?

-
Не совсем так. Я просто прогнозирую, что в ситуации нынешнего лета власти придется довольно жестко действовать. Соответственно, нам придется как-то реагировать и принимать ответные меры. Что касается меня самого, то мне просто достаточно довести до людей свою позицию.

- А как вы собираетесь доводить?

-
Обычными техническими средствами. Вот газета недавно вышла. Вот баннеры висят. Будут и встречи с избирателями. То есть обычная предвыборная работа. Главное, чтобы было содержание, контент, понятный людям. Вот что важно.

- Баннеры уже висят. В связи с чем у меня вопрос. А почему у вас на баннерах такое суровое, угрюмое лицо?

-
Ну, оно не совсем угрюмое, если присмотреться. Просто время такое суровое.

- Я встречал людей, которые говорят, что даже пугаются.

-
Значит, совесть не чиста, есть у них какие-то к себе вопросы. Честный человек никого не боится.

- Вы специально это придумали, или случайно получилось?

-
Это сделано специально, чтобы подчеркнуть суровое время. Дескать, есть люди, которым не до шуток. Могут и пошутить, а могут и что-сделать. Основной посыл - серьезные люди в серьезное время. Можно улыбаться сколько хочешь, но время-то реально кризисное! На одних улыбках далеко не уедешь.


(ссылка)


Tags: РФ, политика
Subscribe
Buy for 10 tokens
Оригинал взят у zadumov в Террор в Бельгии. Война Запада внутри себя По поводу взрывов в Брюсселе. Террор бывает разный. Одно дело, когда террор затрагивает военных, политическую элиту, которая принимает решение, в крайнем случае, пропагандистов, которые продвигают политические…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments